25 лет обмену Патрика Руа в «Колорадо». Он ушёл из «Монреаля», не стерпев унижения

«Я был унижен». Кошмарный матч, после которого великий Руа ушёл из «Монреаля»
Его заменили только после 9 пропущенных шайб от «Детройта». Эта игра стала последней каплей.

«Это был мой последний матч за «Монреаль», — знаменитая фраза Патрика Руа, которую он в ярости бросил президенту «Монреаля» 2 декабря 1995 года. Он пропустил девять голов от «Детройта», прежде чем главный тренер «хабов» Марио Трамбле отпустил его на скамейку. «Канадиенс» в тот день потерпели худшее поражение в своей истории – 1:11. На следующий день Руа отстранили от команды, а 6 декабря обменяли в «Колорадо». Дальнейшее – история. «Монреаль» с тех пор ни разу не выигрывал Кубок Стэнли, а Руа принёс «Эвеланш» два чемпионских титула и выиграл ещё один, рекордный, «Конн Смайт Трофи». Но предпосылки для этого мощного обмена были гораздо сложнее, чем непростой характер Руа и его давний конфликт с Трамбле.

Права на видео принадлежат NHL Enterprises, L.P. Посмотреть видео можно на сайте НХЛ.

Конфликт с Трамбле

Предыдущий тренер «Монреаля» Жак Демер всячески потакал и чуть ли не облизывал Руа, например, позволял ему самому решать, когда играть, а когда отдыхать, сглаживал конфликты Руа с другими игроками и оберегал его, как зеницу ока. Но Демера уволили после того, как «хабы» начали сезон-1995/1996 с четырёх поражений. На его место пришёл Трамбле, который не имел тренерского опыта и, мягко говоря, недолюбливал Руа. Патрик застал Трамбле в «Монреале» ещё игроком – они вместе выступали в сезоне-1985/1986 и выиграли в тот год Кубок Стэнли. Они даже жили в одном номере на выездах, но уже тогда частенько ссорились. В качестве нового тренера команды Трамбле попытался сразу подмять Руа под себя и установить свой авторитет в команде. Оба пытались перетянуть одеяло на себя и легко закипали. Поговаривали, пару раз они даже чуть не подрались, а уж сколько в порывах злости было сказано нелицеприятных слов и брошено испепеляющих взглядов, можно было только догадываться. Но «Монреаль» стал побеждать (13 побед в 15 первых матчах при Трамбле), и Руа пришлось смириться. «Не могу сказать, что поведение Марио меня беспокоило. Это не мешало мне хорошо делать свою работу. В конце концов он бы меня оценил и полюбил, потому что команда выигрывала со мной», — вспоминал он. Трамбле говорит, что в том матче с «Детройтом» не стал менять Руа после первого периода, потому что всё ещё надеялся на камбэк (счёт был 1:5). И даже спрашивал вратаря в перерыве, готов ли он играть дальше: «Нет, я не хотел его унизить. Возможно, надо было заменить его после первого периода, а когда счёт стал 1:7, я думал, что он продержится до перерыва. А потом – бум, бум – ещё два гола. И мне уже пришлось его заменить. Думаю, всё, что он сделал, было от расстройства. Сначала я хотел что-то сказать ему, когда он приехал на скамейку, но услышал, как он говорит мистеру Кори о последнем матче за «Монреаль», увидел огонь в его глазах и не смог с ним заговорить». У Руа всё можно было прочитать в его взгляде. При 1:5 и 40 минутах игры впереди ещё можно было надеяться на хороший исход, но после шестого пропущенного гола звёздный вратарь стал буравить взглядом скамейку запасных в ожидании знака о замене. Трамбле молчал, болельщики «Монреаля» уже ехидно потешались над Руа, хлопая в ладоши, когда тот делал лёгкий сейв. Для него это было невыносимым унижением на глазах у почти 18 тыс. зрителей и последней каплей. На скамейке он подошёл к президенту «Монреаля», сказал, что это был его последний матч в «Монреале», а потом повернулся к Трамбле: «Ты всё слышал?»

Руа к моменту обмена провёл в «Монреале» 11 полноценных сезонов, устал от постоянного давления и мечтал сменить обстановку. Об этом поведал его коллега, вратарь «Детройта» Майк Вернон. По иронии судьбы, утром 2 декабря, перед роковым матчем, Вернон случайно встретил Руа в кафе около монреальского «Форума». Голкиперы прежде не общались, но Руа явно хотел выговориться и пригласил Вернона к себе за столик. «Он сказал, что удавка «Монреаля» сжимается на его шее. Невозможно было слушать, как он рассуждает о возможном завершении карьеры. Я сказал ему: «Патрик, не делай этого, ты слишком много значишь для хоккея. Лучше попроси обмена». Лиге нужны её лучшие звёзды. Нет ничего плохого в переменах, так получилось, что в случае с Патриком всё случилось на глазах у всех, перед телекамерами. Но в карьере спортсмена бывают моменты, когда надо начать новую главу», — вспоминал Вернон.

«Монреаль» и раньше планировал обменять Руа

«Монреаль» тоже тяготился Руа. Не потому что он был плохим, наоборот. Он был настолько выдающимся, что стал мешать всей команде. Этого мнения придерживался и бывший генменеджер «Канадиенс» Серж Савар, который раздумывал об обмене голкипера уже пару лет. Осенью 1995-го он уже договорился о сделке с «Колорадо», но она сорвалась, когда Савара уволили одновременно с Демером. «Патрик стал слишком значимым для клуба. Его было слишком много в раздевалке, он имел слишком большое влияние на тренера. В предыдущие годы я обращался с ним очень мягко и осторожно. Я всё так же восхищался им, как и в 1986-м или 1993-м, когда он играл решающую роль в наших победах в Кубке Стэнли. Но перемены стали необходимы. Вся команда вращалась вокруг него, для всеобщего блага, ему надо было сменить обстановку», — рассказывал Савар.

После матча Руа быстро переоделся и вышел через заднюю дверь арены, минуя журналистов. Всю ночь он сидел у своего агента, пил пиво и обсуждал своё будущее. Хотя всё к тому времени было понятно – «Монреаль» на следующий день сообщил, что Руа больше не является частью команды.

Через пару дней голкипер дал пресс-конференцию, на которой прощался с «Монреалем» и не мог сдержать слёз. «Я был унижен», — говорил он, настаивая, что это единственная причина, по которой он больше не хочет играть за «хабов». Для «Канадиенс» этот обмен стал чёрным днём в истории клуба – до 2010 года они ни разу не заходили дальше второго раунда в плей-офф и больше ни разу не появлялись в финале Кубка Стэнли. Руа перешёл в команду, которую обожал в детстве – «Квебек Нордикс» только переехали в Денвер и сменили название. У них было всё, кроме крутого вратаря, и Руа стал последним кусочком пазла. В первый же сезон в «Колорадо» он стал чемпионом. «Тот Кубок был делом чести. Я думал только об одном человеке, когда мы выиграли. О Марио Трамбле», — вспоминал он. Он завершил карьеру рекордсменом по победам в НХЛ (позже его обошёл Мартин Бродо) и в плей-офф. Его номер выведен из обращения и в «Колорадо», и в «Монреале».

Источник: championat.com

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

пять × 2 =